Арктика как объект исследований и точка притяжения

«Бывает так, что твой объект исследования меняется в масштабах человеческой жизни. Арктика очень сильно поменялась за последние 15–20 лет. Я в Арктику впервые пришел в 2011 году. И даже с 2011-го по 2023-й произошли изменения, которые я вижу, которые я фиксирую и которые составляют суть моей науки. Кроме того, в Арктике очень красиво, и Арктика — это такое притягательное место со своей неяркой красотой», — Александр Осадчиев

Александр Осадчиев — яркий пример активного молодого ученого, получившего в прошлом году в Кремле Премию Президента Российской Федерации в области науки и инноваций для молодых ученых. Океанолог по призванию, а не по образованию, сосредоточен на получении научного максимума из каждой своей экспедиции. Из года в год он возвращается в Арктику, и каждый раз этот регион приоткрывает свои льды для новых исследований и будущих открытий. 

В этот раз в те самые широты отправилась экспедиция под его руководством в рамках проекта «Плавучий университет» на НИС «Дальние Зеленцы». Незадолго до выхода из порта Мурманска мы пообщались с Александром.

 

Остается немного времени до выхода экспедиции, где вы руководитель. «Чем ближе дата выхода, тем…» — закончите эту фразу. 

Чем ближе дата выхода, тем больше суеты и разных организационных дел. Чтобы организовать такой рейс, нужно проделать большое количество организационной работы: с морскими документами для всех участников рейса, билеты, брони гостиниц, собрать и отправить груз, собрать вещи, оборудование отправить на корабль. Нужно все продумать, чтобы ничего не забыть, учесть все нюансы и детали. Потому что потом, когда выходишь в море, уже нет никакого шанса ничего исправить. Ты остаешься только с тем, что ты взял с собой. Чем ближе к рейсу, тем чаще звонит телефон, тем больше приходится решать каких-то неожиданных проблем и задач. А потом, как только корабль отходит от стенки, выходит из порта, следует невероятное облегчение. И можно наконец-то заняться главным делом — наукой!

Насколько я понимаю, это уже не первая ваша научная экспедиция. Есть какой-то алгоритм, по которому вы к ним готовитесь? И с точки зрения научного состава, и с бытовой стороны? 

Это далеко не первая экспедиция, а уже 30-я или 35-я. И, конечно, алгоритм подготовки у меня есть. Например, как готовиться с точки зрения документов: договоров, финансовой отчетности, научной отчетности. Это техническая сторона, она довольно простая, если умеешь ее делать, но она отнимает много времени. Другая сторона — это люди. И важная сторона подготовки к экспедиции — это отбор студентов, отбор участников экспедиции. И это долгая история, мы для этого проводим зимнюю школу «Плавучего университета» в феврале. Потом мы собираем мотивационные письма, их читаем, проводим собеседования и отбираем студентов. Когда студенты отобраны, им нужно дать научную задачу, всех нужно подготовить к рейсу как в научном плане, так и в бытовом. Когда мы планируем рейс, за год-полтора, мы продумываем, какие научные задачи будем решать, в каких районах мы будем работать, какие вопросы мы хотим исследовать, какое оборудование для этого мы должны взять и какие измерения должны провести. Это отдельная очень важная история, она всегда в рейсе немного трансформируется в зависимости от обстоятельств, которые там уже непосредственно происходят. От погодных, от ледовых, и вообще: бывает, что найдешь что-то интересное и начинаешь работать не в том месте или не совсем в том объеме. Как-то перестраиваешь свою программу в зависимости от результатов, получаемых по ходу экспедиции.

Расскажите немного о задачах предстоящей экспедиции. Кто ваши коллеги, с кем предстоит решать научные задачи?

В предстоящей экспедиции у нас будет три отряда. Отряд гидрофизики, отряд морской биологии и отряд морских загрязнений. Задача гидрофизиков — это изучение течений, структуры вод в северной части Карского моря. Это очень важный регион с точки зрения происходящих климатических изменений. Раньше он был практически каждый год покрыт льдом, но в последние лет десять он стал открываться ото льда на несколько недель в конце лета и начале осени. И вот сейчас в середине сентября мы идем в этот наиболее безледный период в Арктику — в то время, когда площадь льда минимальна. А со второй середины сентября лед уже начинает нарастать. И желоб Святой Анны сейчас уже почти полностью открыт ото льда, и мы туда пойдем и будем проводить измерения. Я надеюсь, что мы получим новые интересные результаты. Два года назад, когда мы там работали, удалось открыть два новых течения. Тем не менее структура и циркуляция вод в желобе до сих пор непонятна, до сих пор остаются вопросы. Я думаю, этот рейс будет очень продуктивным, у меня на него большие надежды. 

Отряд морской биологии, который сформирован совместно с Центром морских исследований МГУ, будет заниматься изучением морских организмов в толще воды и на дне в желобе Святой Анны. Они будут связывать распространение этих морских организмов с водными массами, которые будут изучать гидрофизики. Это очень важно в контексте происходящих климатических изменений, потому что структура вод меняется, циркуляция меняется, становится теплее, и атлантические виды все больше и дальше проникают в Арктику. И север Карского моря, и прилегающая к нему часть Баренцева моря — то место, где прямо сейчас, в последние десятилетия, происходят очень значительные изменения биологических сообществ, видового состава. Это тоже будем изучать.

Третий отряд морских загрязнений — он будет в тех местах, где мы работаем, проводить лов микропластика, а также оценивать количество плавающего на поверхности моря макромусора. И тоже анализировать результаты, связывать это с человеческой деятельностью, антропогенным влиянием человека на степень загрязненности такого отдаленного региона, как Арктика.  

Как вы поддерживаете командный дух в рамках экспедиций проекта «Плавучий университет»? Как настроить команду на правильное рабочее настроение?

Командный дух — это очень важно. Вообще, настрой, с которым люди работают в рейсе, — это ключевой фактор успеха. Очень важно, как ведут себя научные руководители в рейсе. Именно они создают этот настрой. И я очень рад, что с нами в рейс идут замечательные ученые из Института океанологии, из Центра морских исследований МГУ. Мы давно дружим и много лет вместе ходим в море, и мы прекрасная команда! Я думаю, что мы покажем хороший пример, с одной стороны, очень эффективного и настроенного на результат, на успех, на работу коллектива, а с другой — очень благожелательного, доброго отношения друг к другу, взаимопомощи, взаимоподдержки. В море это очень важно, чтобы люди были в одной команде, чтобы они друг другу помогали, чтобы они при этом были ориентированы на хорошую работу. Так как студентов мы подбираем под себя, они изначально очень мотивированы. Студенты, которые прошли все отборы и попали в наш «Плавучий университет». Я вижу, как у них горят глаза, как они хотят попасть в рейс, и я уверен, что они будут с нас брать пример. И мы все вместе как единая команда будем работать в рейсе.

Кажется, небольшая часть вашей экспедиции в этот раз будет в условиях полярной ночи? Вы уже работали в похожих условиях? Насколько сложнее проводить исследования?

Мы будем работать далеко на севере, это 80-й и даже 82-й градус северной широты. До полюса остается всего около 1000 километров, и под конец нашей экспедиции, в конце сентября, уже может быть темновато. Но до полярной ночи еще далеко, она наступает в конце октября. Однако для моря это неважно, потому что в море мы работаем круглосуточно. Море — очень дорогое удовольствие, судосутки стоят очень дорого, поэтому мы пришли на станцию, в точку работы, и неважно, день или ночь, что происходит, плохая или хорошая погода — мы выходим и работаем! 

Работаем как часы, не теряя ни минуты, и каждую станцию пытаемся отработать максимально быстро, потому что в море время очень много значит. Сэкономив время ты сделаешь побольше и дополнительные измерения и какие-то новые районы закроешь своими измерениями, которых не планировал. В море в этом плане все очень строго. На корабле есть прожекторы, на корабле светло, поэтому работать вполне можно и днем, и ночью с одинаковым удобством. Но из-за того, что будет уже темно, мы будем видеть много полярных сияний. Обычно люди наблюдают за полярным сиянием зимой, но мы прекрасно это видим летом, в августе и особенно в сентябре. Студенты, которые пойдут в первый раз в море, скорее всего, в первый раз в своей жизни увидят полярное сияние. Это очень красиво!

Видела в других ваших интервью, что занятие наукой вы называете свободой самовыражения. Но есть и другая сторона этой работы — отчеты, бухгалтерия, заполнение большого количества разных форм и т. п. Как за всей рутиной не потерять эту свободу? 

В науке действительно очень много места занимает рутина. Это некая серая сторона любой деятельности. Про океанологию мы всегда рассказываем, что это интересное, фантастическое занятие, но, конечно, очень много рутины. И рутины административной, и рутины, связанной с написанием научных текстов. Потому что наш главный продукт — это научные статьи. С этой рутиной помогает справляться интерес к науке. Есть великое удовольствие, когда ты что-то новое понимаешь. Никто в мире не знал, а ты взял и открыл, понял, разобрался. Это приносит очень большое удовольствие. И, кроме того, ты знаешь, когда у тебя уже получается, когда ты достаточно давно занимаешься наукой, решаешь задачу, — ты знаешь, что в конце будет вознаграждение, в конце будет классный научный результат, какое-то новое научное продвижение, ты получишь удовольствие от того, что ты в чем-то разобрался. Опыт успешного преодоления препятствий и получения этого приза — это помогает в будущем справляться с рутиной.

Как и почему вы пришли в океанологию? С вашим дипломом мехмата МГУ этот путь кажется неожиданным продолжением образования.

Я окончил мехмат МГУ. Я учился на отделении математики, на кафедре теории чисел, занимался фундаментальной наукой. А потом я решил, что хочу весело жить, найти себе какое-то интересное занятие. Немного я тогда подустал от математики. Институт океанологии был на самом деле случайным местом, в которое я пришел. Я написал через форму на сайте в институт, что хочу там работать, и меня взяли. Я попал в замечательную команду, замечательную лабораторию. Когда я пришел в институт, мне очень хотелось разобраться в океанологии, мне очень нравилось то, чем люди занимаются. Именно эстетически нравился океан, исследования его, течения, водные массы. При этом я умел программировать, не зная особо океанологии. Первые несколько лет я писал программу, численную модель определенных процессов. И это мне помогло, с одной стороны, влиться в коллектив и получить определенное занятие, с другой стороны, параллельно я осваивал физическую океанологию, географию. И надо сказать, так как мне это очень нравилось, было очень по душе, я очень быстро и с большим удовольствием прошел этот курс океанолога, который люди проходят за пять лет в специализированных университетах и факультетах. И потом я, имея свою квалификацию программиста и математика и научившись физической океанологии, смог найти свой путь в этой профессии в дальнейшем. Резюмируя, могу сказать, что мне это просто очень нравилось, поэтому мне было легко входить в новую тему, так что я с большим удовольствием и быстро это сделал. 

Почему из года в год вы возвращаетесь в Арктику? 

Я возвращаюсь в Арктику из года в год, потому что я профессионально в ней работаю. Если ты в чем-то хочешь хорошо разобраться, обычно одного рейса недостаточно. Это обычная история в океанологии и науках о Земле, когда ты ходишь в одно и то же место, исследуешь его годами, десятилетиями. Так ты все лучше и лучше понимаешь объект, который ты изучаешь. Присутствуя в нем, изучая своими глазами, ты лучше понимаешь, как сделать измерения, понимаешь, что можно померить, а что нельзя. Бывает так, что этот объект меняется в масштабах человеческой жизни. Арктика очень сильно поменялась за последние 15–20 лет. Я в Арктику впервые пришел в 2011 году. И даже с 2011-го по 2023-й произошли изменения, которые я вижу, которые я фиксирую и которые составляют суть моей науки. Кроме того, в Арктике очень красиво, и Арктика — это такое притягательное место со своей неяркой красотой. Это не тропическая красота, не буйная, а такая более приглушенная, но тоже очень интересные пейзажи: и острова, и море, льды морские, звери, птицы, которые там обитают. Мне очень нравится! И в этой экспедиции тоже все это увидим.

Вы публикуете свои результаты во Frontiers. Это журнал довольно высокого уровня, и регулярные публикации в такого уровня изданиях — признак высокого уровня научных достижений. Как вы к этому пришли и что бы вы посоветовали студентам: как построить свою работу, чтобы достичь не меньшего? 

Мне действительно удается много публиковаться. Ключ к успеху, с одной стороны, в широком научном кругозоре. Я постоянно осваиваю новые темы, много читаю научных статей, которые пишут мои коллеги-океанологи. С другой стороны, я хожу в большое количество экспедиций и собираю большое количество материала. Это тоже мне помогает создавать некую базу для публикаций. Кроме того, я много работаю и знаю, что публикации — это вклад в свое собственное портфолио, свое собственное имя. Я всегда стремлюсь публиковаться больше. Научные публикации друг друга подтягивают. Когда ты занимаешься научной работой, планируешь какое-то исследование, думаешь, а как ты его опубликуешь, а как ты его сделаешь в формате законченной работы, в формате законченного результата. Это подстегивает, чтобы планировать свои измерения и научные работы еще более эффективно. Но еще очень важный момент, что у меня замечательные студенты и большая их часть пришла ко мне через «Плавучий университет». В команде с такими студентами мне удается делать намного больше. Если раньше я один мог публиковать одну-две статьи в Q1 первым автором в год, то в последние несколько лет я публикую по четыре в год, потому что очень студенты помогают. Это и им большая поддержка, участие в таких публикациях — это их путь в реальную науку. У меня все студенты и аспиранты становятся первыми, вторыми или третьими авторами в Q1, некоторые даже на третьем курсе становятся соавторами. Если поставить правильную научную задачу, то уже на третьем-четвертом курсе, не говоря об аспирантуре, можно добиваться значительных научных результатов и писать хорошие научные публикации. 

Есть ли самая большая мечта в науке? Чего бы вы хотели достичь?

В науке хочется сделать две вещи. Во-первых, хочется получить какой-то хороший научный результат и оставить после себя след. И Арктика — одно из тех мест, где бы хотелось это сделать. Одна из таких нерешенных задач физической океанологии в Арктике — то, что происходит подо льдом. Ученые в основном измеряют разные процессы в море в безледный сезон. А когда становится лед или в тех местах, где лед стоит круглогодично, измерений мало и много чего непонятно, что происходит подо льдом. И второй большой вопрос — что произойдет, если на нашем веку Арктика летом начнет полностью открываться ото льда на какой-то период, как перестроится циркуляция, что вообще будет происходить в Арктике. Арктика со льдом и Арктика безо льда, даже на короткий промежуток времени, — это будет кардинальная перестройка всех процессов. А во-вторых, хочется создать свою научную школу и оставить свой след в науке, в том числе в российской науке. За счет того, что после тебя останутся научные группы, лаборатория, которая будет заниматься арктическими исследованиями. Я этим занимаюсь в том числе благодаря «Плавучему университету». Получается привлекать в науку студентов, в свою научную группу. У меня скоро откроется лаборатория в МФТИ, в рамках которой я хочу вырастить некую научную группу, а в будущем, возможно, и научную школу по арктической океанологии.

Тем, кто идет в первый раз в морскую экспедицию, что можете посоветовать?

Я бы советовал максимально насладиться этим периодом в жизни, потому что это очень особенное время, которое не имеет аналогов в нашей повседневной жизни в городе. Я бы еще посоветовал этим людям с правильным настроем, с таким рабочим и дружеским, боевым настроением подойти к этой экспедиции, взять все, что им хочется взять, те вещи, которые смогут скрасить их пребывание на судне. Я уверен, что им понравится и будет прекрасный рейс.

Что в первую очередь хотите сделать после схода на берег из экспедиции?

После схода на берег первым делом хочется завершить все дела, связанные с экспедицией. Разгрузить корабль, отправить груз в Москву, подписать все документы и собрать все необходимые бумаги, собраться самому. А потом, конечно, хочется погулять по городу, по парку, по лесу. Увидеть какие-то новые пейзажи, потому что в море ты видишь только воду вокруг и одних и тех же людей, а хочется сменить обстановку. И вот эти первые прогулки по городу, они очень приятны. Эта смена обстановки помогает переключиться после рейса.