Ученый из МФТИ исследовал проблемы разработки и внедрения обучающих машин в вузах СССР в 60-е годы ХХ века. Изучено устройство машин, проанализированы победы и неудачи ученых и политиков того времени. Результаты исследований опубликованы в журнале «Вестник Пермского университета».
Необходимость проведения единого государственного экзамена и применения искусственного интеллекта в образовании — два вопроса, порождающие в современном обществе жесткие дискуссии. Под искусственным интеллектом в широком смысле понимают совокупность технологических решений, а именно компьютерных программ и электронного оборудования, включая вычислительные машины, которые способны имитировать когнитивную деятельность человека.
Споры о пользе и вреде автоматизации образовательного процесса достигли своего апогея в наши дни в связи с доступностью электронной техники, но зародились они около 100 лет назад, когда американский психолог Сидни Пресси сконструировал первую обучающую машину. Из-за несовершенства конструкции и дороговизны от ее применения быстро отказались. Тем не менее это была первая попытка индивидуализации обучения и автоматизации проверки пройденных учеником тестов.
Затем, уже в 50-е годы прошлого столетия, на волне дискуссий вокруг систем советского и американского высшего образования, спровоцированных запуском СССР первого в мире искусственного спутника Земли «Спутник-1», в общественное сознание проникли идеи повышения качества подготовки кадров и превращения высшего образования из элитарного в массовое. Вследствие этого на западе американский психолог Беррес Скиннер разработал технология программированного обучения, являющаяся, по сути, предшественницей современного дистанционного образования. Под программированным понимают индивидуальное обучение по особой оптимальной программе с помощью специальных средств: программированной учебной литературы, обучающих машин, компьютеров. СССР использовал американский опыт, но по-своему, отдав ведущую роль кибернетике.
«Наибольший интерес к обучающим машинам проявили кибернетики, увидевшие в программированном обучении возможность для внедрения вычислительных технологий в педагогику», — говорит Михаил Зимирев, инженер Центра междисциплинарных исследований МФТИ.
Ученый по архивным документам исследовал устройство вузовской науки в СССР в 60-е годы ХХ века, в частности, проблемы разработки и внедрения программированного обучения в вузах Москвы и Санкт-Петербурга и вклад в их решение академика Акселя Берга — основоположника военной кибернетики.
«Аксель Берг лично продвигал обучающие машины в качестве альтернативы специализированным математическим школам и обещал оснастить ими образовательные учреждения во всех, даже самых дальних уголках страны», — поясняет Михаил Зимирев.
Реализацию этого амбициозного по тем временам проекта взяли на себя вузовские лаборатории МЭИ, МГУ и ЛГУ. На их базе была изготовлена опытная партия машин «Экзаменатор» и образцы машин «Репетитор». Как следует из названия, машины «Экзаменатор» предназначались для проверки знаний. Процесс проходил следующим образом: студент видел на экране вопрос с 3—4 вариантами ответов и выбирал, по его мнению, правильный с помощью диска телефонного типа, автомат обсчитывал результаты по заложенной в программу формуле и выставлял оценку. Машина «Репетитор» разрабатывалась для изучения иностранного языка, поэтому имела более сложную конструкцию. Она была оснащена встроенным магнитофоном, позволяющим прослушивать краткое содержание изучаемой темы, а более поздние версии — даже диапроектором и устройством для ввода и вывода учебных материалов на бумажных носителях — перфокартах. Перфокарта представляла собой прямоугольник из тонкого картона с пробитыми на нем отверстиями, по наличию либо отсутствию которых считывалась закодированная информация.
Надо отдать должное, что в условиях дефицита времени и ресурсов политика Акселя Берга обеспечила условия разработки обучающих машин, не уступающих по характеристикам западным аналогам. При этом, несмотря на успехи в научно-технической сфере, полученный в педагогике результат не вдохновлял, наоборот, результаты сдачи сессий стабильно ухудшались. Стало понятно, что хорошо подготовленным студентам свойственно искать оригинальные способы решения задач, но прохождение тестов лишает их такой возможности.
К работе над проектом подключились психологи. Они предлагали разрабатывать корректирующие машины, которые будут подстраиваться под человека. Тогда обучающийся смог бы сам предложить ход решения задачи, выбрав из арсенала аудиальные, графические и визуальные инструменты. В итоге между группами технократически и гуманистически ориентированных психологов разразилось противостояние. К 1967 году завершился пилотный эксперимент с внедрением в вузах обучающих машин из-за их технического несовершенства, невыразительного педагогического эффекта и, самое главное, неспособности участников проекта преодолеть демократическими методами дисциплинарные барьеры, то есть разрозненность науки.
Следует подчеркнуть, что анализ событий 60-летней давности, учет побед и неудач ученых и политиков того времени позволяет по-новому взглянуть на нынешнюю систему образования и спрогнозировать наиболее перспективные шаги ее реформирования.
Работа выполнена в рамках и при поддержке программы стратегического академического лидерства МФТИ «Приоритет 2030».
